Попытки регулировать книжный рынок через запреты всё чаще приводят к неожиданным последствиям: интерес к ограниченному контенту только растёт. В условиях цифровой среды любое давление на информацию мгновенно усиливает её распространение. О том, как формируется «экономика скандала» и кто в итоге оказывается в выигрыше, — в материале «Актуальных комментариев» поговорили с Павлом Данилиным, политологом, доцентом Финансового университета при Правительстве РФ.
— Первая реакция аудитории на любые ограничения предсказуема: люди идут и покупают именно те книги, которые потенциально могут исчезнуть с полок. Логика проста — хранение не наказывается, а вот с продажей могут возникнуть проблемы. Поэтому всплеск продаж книг Григория Остера на 500% оказался вполне ожидаемым.
Если говорить о так называемой «борьбе с вредной литературой», то результат получается парадоксальным: книги начинают читать активнее. Возникает даже вопрос — не в этом ли изначальный расчет? Объявить книгу «запрещенной», …
Свежие комментарии